Михаил Костин. Хроники Этории — фэнтези для подростков.

«Ложные истины» [ил.]

Художник Макс Олин
 

Вернулся надсмотрщик. Каторжанин затих, опасливо озираясь, а через минуту впереди вырос лагерь — изгородь с кольями, на которые были насажены головы тех, кто пытался совершить побег, посты охраны, вышка, по площадке которой разгуливал стражник с арбалетом, грязные палатки, бараки и домик для солдат.
За воротами каторжан без лишних церемоний завели в большую палатку и разделили на группы. Большую часть куда-то увели, а Арка и Роба оставили около стола, за которым сидели трое каторжан и что-то усердно сортировали, копошась голыми руками в куче камней и песка.
Пока надсмотрщик разговаривал с кем-то за ширмой, друзья с вялым любопытством наблюдали за работой. Не все камни были похожи друг на друга. В некоторых из них было что-то искусственное, что-то, созданное не природой, а человеком, и именно такие камни рабочие бережно складывали в специальные ящики зеленого цвета.
— Эй, вы, двое! Хватит глазеть,  — рявкнул надсмотрщик,  — пошли, есть работенка.
Он отвел Арка и Роба ко входу в пещеру. Там им выдали две ржавые кирки и повели вниз. Освещение в туннелях было такое скудное, что несколько раз приходилось останавливаться и оглядываться. Поначалу народу было мало, но чем глубже продвигались друзья, тем оживленнее становилось вокруг. Стук, скрежет, шипенье и крики доносились отовсюду, сливались в монотонный гул и разлетались по всему лабиринту ходов, штреков, каверн и галерей.
Следуя за синим плащом, Арк и Роб вошли в узкий каменный штрек. По всей его длине стояли люди. Одни вгрызались кирками в неровную стену, другие собирали куски скальной породы в мешки и уносили их к лестницам, ведущим на другой ярус. В воздухе висела мелкая каменная пыль, было трудно дышать. Надсмотрщик позвал одного из каторжан, крупного лысого мужика в рваной хламиде, и указал на Арка и Роба. Тот кивнул и прорычал:
— Чего стоите? Берите инструменты и долбите. Эту часть выработки надо закончить не позднее часу ночи.
— А разве здесь не заканчивают работы после заката?  — робко произнес Арк.
— Вы, должно быть, с востока,  — мужик ухмыльнулся и поднял свою тяжелую кирку. Вскинув ее над головой, он обрушил нехитрый инструмент на каменную стену. На пол посыпались мелкие камни.
— Мы с двенадцатой башни,  — ответил Арк.
— А, ясно. Ну здесь у нас все по-другому,  — сказал мужик,  — никто не уйдет, пока мы не сдадим двадцать мешков.
— Двадцать мешков?  — не понял Роб.
— Ага.
— По-моему многовато,  — вздохнул Арк.
— Посмотрите на это с другой стороны,  — сказал мужик,  — чем быстрее наберем эти двадцать мешков, тем скорее выберемся. А если вы будете отлынивать, вас самих вынесут отсюда в мешках. У нас с лентяями разговор короткий, никто не станет пахать за других!  — мужик сплюнул и снова замахнулся киркой.
Друзья торопливо взяли свои кирки и заняли места у стены. Какое-то время они работали молча, лишь время от времени сплевывая под ноги тягучую слюну с примесью каменной пыли.
— Скажи,  — обратился Арк к мужику, когда тот перестал крушить стену и облокотился на кирку, тяжело дыша,  — что мы тут выковыриваем?
— А тебе какое дело?  — буркнул лысый.
— Да так, интересно.
— Лишние вопросы никому здесь добра не приносили, лучше молчи и работай. Все просто: двадцать мешков набрали — и спать.
Тут появились трое немолодых мужчин и стали набирать в мешки накопившиеся куски породы.
— Эй, ребята, давайте тут потщательней все собирайте. У меня сегодня на вечер планы,  — лысый усмехнулся и вскинул свою кирку. Сборщики ничего ему не ответили.
— Как мы узнаем, сколько мешков наколотили, если они постоянно все уносят?  — поинтересовался Роб.
— Не волнуйтесь, парни, мы здесь все в одной команде,  — мужик примерился, крякнул, отвалил от стены камень побольше и в два удара раздробил его на куски,  — отсюда мешки поднимут в сборный пункт и там подсчитают.
Поначалу новая работа показалась Арку и Робу нетрудной. Если верить подсчетам лысого, первые шесть мешков ушли быстро, но потом усталость взяла свое, и каждый новый удар давался с трудом. К тому моменту, когда сборщики утащили пятнадцатый мешок, руки у Арка и Роба буквально онемели, пот заливал глаза, а на зубах скрипели пыль и песок так, словно они оказались в центре песчаной бури. Они все чаще и чаще останавливались, но даже с помощью лысого, который, казалось, не знал усталости, выполнить норму удалось лишь к полуночи. Грязные и усталые, каторжане выбрались наружу и побрели к своему новому жилищу, длинному бараку у самого подножья горы. В темноте они с трудом отыскали приготовленные для них два соломенных матраса, брошенных прямо на деревянный пол, и упали без сил. Постель была неудобной и жесткой, но это их уже не волновало, потому что спустя минуту Роб и Арк спали, даже не сняв лохмотьев.

Иллюстрации